Максим Пасюков. Главный по каяки…

Некоторое время назад Регион65ком со…

Ракурсы переселения в Южно-Сахал…

На улице Ленина начали снос домов в …

Мой сахалинский гектар #11. Зали…

Утрамбованная, взятой в прокат японс…

Мой сахалинский гектар #10. План…

Мой гектар изначально представлял пу…

Мой сахалинский гектар #9. План …

Самые настоящие планы всегда рисуютс…

Три народные приметы сахалинског…

Ситуация с провалившейся путиной 201…

Как нищета спасает природу в сах…

Так получилось, что всю прошедшую не…

Цены на сахалинскую рыбку в Моск…

Бытует мнение о низких ценах на море…

Маяк Kamoizawa - капсула времени…

Его еще называют Маяк Тонин на мысе …

Воскресная история. Гимназистки …

Во времена Карафуто на пересечении К…

«
»
Как поддержать проект Region65.com?
TwitterFacebook

Бляхман и Мышь. Корсаков.

Промозглое майское утро застало Шмулика и Капитолия собирающимися в Корсаков.  Капитолий не мог отойти после скандала, который он сам, по причине своего склочного характера, учинил в рыбном павильоне. Его пингвиноподобное  тело желало приобрести капиталистическое спокойствие (что очень сложно в таком непростом возрасте) и поэтому рвалось на берег, навстречу морским волнам.

— Что у вас там произошло с продавцом рыбы, в этом магазине? — спросил Шмуэль, — Женщины на рынке говорили, что никогда не слыхали от вас таких страшных слов. И почему это на вашей талии след женского сапожка с чешуей?

— Шмулик, эта медуза с сигареткой хотела мне доказать, что рыба может стоить столько же, сколько укроп: целых 700 рублей! Я выращивал рыбок в детстве, и выращивал укроп на даче. И я могу сказать, что килограмм гуппи вырастить куда сложнее килограмма укропа. А эта женщина, она назвала меня гребаным пингвином и выбросила вон из своего прилавка. И после этого, конечно, я не смог подбирать к ней нежные слова и за это мне стыдно до сих пор! Да, я не сдержал себя и сказал буквально все, что думал о ней лично, и о ее внешности, и об этом странном ценообразовании в нашей островной жизни. И теперь я стремительно хочу к морю, потому что, возможно, метроном прибоя успокоит меня.

Потом, уже сидя в автомобиле, Капитолий все еще возмущался, энергично настраивая обдув то на стекло, то на ноги, пока, в конце концов, не включил все на максимум. Эти действия, шум вентилятора и жара в машине отвлекли его от воспоминания о его фигуре, нелепо растянувшейся на полу у выхода из рыбного павильона, от насмешек уютненьких старушек, продававших золотые домашние разносолы и платиновую черемшу.

Шмуэль  Бляхман  всегда считал себя дипломатом и искренне пытался пожалеть компаньона.

— Капа, а не сгонять ли нам в Пригородное? Купим креветок или шашлыков, посмотрим на международную торговлю.

Капитолий Иванович Мышь посмотрел на Шмулика, отвернулся в окно и сказал:

– Креветок.

Бляхман вел машину на юг. Старый пост ГАИ на развилке трассы на Охотское пробудил старые воспоминания. О таких справедливых и важных вопросах постовых милиционеров про давление в шинах, про нарушение линий разметки (и не важно что она полностью стерлась еще в прошлом году). Это было так давно…  Так давно, что Шмуэль уже и позабыл, было это на самом деле или это было в его снах. В любом случае, эти воспоминания не оставили в его памяти никаких отрицательных эмоций. Кроме, разве что, штрафов, оплаченных в разнообразных формах и проявлениях.

После подъема от поста слева над деревьями показалась водонапорная башня бывшего пионерского лагеря «Восток». Где двенадцатилетний Шмулик неоднократно дежурил, отбывая очередную летнюю смену среди таких же бедолаг-сверстников, у родителей которых не было времени или денег отправиться со своим чадом к теплому морю. Опыты по физике из серии «кто дальше плюнет с башни», поддерживали интерес к предмету  вплоть до старших классов. Походы в соседнюю «Олимпию», бассейн и дикая земляника с лихвой компенсировали скучные пионерские линейки и торжественные присяги.

Много раз Шмуэль ездил по корсаковской трассе, но постоянно сбрасывал скорость около бабулек с грибами-закусками в Соловьевке.

— Капа, вы ничего себе не будете брать?

Упорное молчание и запотевшее стекло около Капитолия красноречиво говорили о том, что сорокалетний холостяк с фигурой пингвина и немыслимыми жизненными установками видимо с горя поддался давеча Бахусу.  В последний раз это случалось, когда школьная подруга отказала ему в походе в театр, а позже, в тот же вечер ее видели голосующей около клуба в компании 20-лентенго юнца, который поддерживал спутницу весьма неинтеллигентно.

Капитолий не спал. Он просто хотел молчать. Да и Бахусу он него вчера перепало всего-то 100 медицинских граммов, не в пример алкогольным привычкам Бляхмана. Он тоже предавался воспоминаниям. Когда то в этих Падях, на одной из дач Капитолий чуть не решил свой семейный вопрос. Хорошие небедные люди, хорошая девочка, все было бы предсказуемо хорошо.  Но скверный характер сказал ему «Капитоша, тебя еще рано отдавать» — совсем как у классика.

Город Корсаков, одна половина которого находится почти в море, а вторая — почти в сопках, встречал их на несколько градусов теплее областной столицы. Вот показалось море с торчащими ржавыими остовами кораблей.

— Сейчас, или на обратном пути бараночек возьмем, Капа?

— На обратном, – кивнул Мышь поерзав и усевшись поудобнее.

Первые яркие впечатления от Корсакова появились у Шмуэля в пятом или четвертом классе. Тогда в классе появилась крайне симпатичная практикантка из педагогического института. Шмулик считал, что спорить насчет ее сердца просто не с кем и поэтому безапелляционно присвоил имя главного по ее сердцу себе. А что вы хотели? Достойного соперника и не было поблизости. Так вот, эта практикантка имела, видимо, какие-то отношение к Корсакову, так как первым делом организовала для класса Шмулика экскурсии в портовый город. Но ему-то было совершенно понятно женское коварство: девушка просто хотела внимательнее разглядеть Шмуэля в неформальной, так сказать, обстановке. Их сердца явно бились в унисон, они даже выбрали одинаковую цветовую гамму одежды! Пятиклассник выбрал японскую синюю курточку Chori, а студентка – темно-синее вельветовое пальтишко. Девочки почему-то на экскурсию не поехали… Наверняка и это тоже было подстроено практиканткой, чтоб не создавать себе конкуренцию в глазах Шмуэля!

Первым местом экскурсии был корсаковский хлебокомбинат. Огромное впечатление произвели тогда большие мягкие баранки. Раньше он никогда их не видел мягкими, поэтому временно отвлекся от практикантки и с разрешения съел несколько штук прямо в сушильном цеху. От баранок началась икота, но быстро прошла, так как теперь внимание привлек рыжий таракан, ползущий по балке размешивателя теста. Упадет! Нет, не упадет! — спорили одноклассники друг с другом. Но таракан все-таки сорвался. Он упал прямо в тесто и оказался в прямом смысле «замешан в этих хлебных делах».

Вторым пунктом экскурсии был корабль. Стоя на корме судна, Шмулик старался принимать наиболее выгодные позы, наглядно демонстрирующие девушке его неисчерпаемую мужественность и потенциальный героизм на фоне неукротимой морской стихии. Но к его глубокому разочарованию, за все это время практикантка и не взглянула на него, зато легкомысленно общалась с мужиками в морской форме, вероятно, ее знакомыми… А позже червячки сомнений пятиклассника были уничтожены местными макаронами по-флотски. Более того, в них точно что-то подмешали, и потому всю обратную дорогу и он сам, и все его одноклассники спали мертвым сном. Видимо, в этом сне Шмулик и решил, что ему больше не будут нравиться девушки с контактами среди моряков, как бы хорошо эти девушки не выглядели.

— Шмулик, почему у вас такая странная физиономия? — спросил его Капитолий, подтягивая к коленям носок.

— Так, вспомнил детство, — глядя на корабли ответил Шмуэль.

— Это хорошо, что детство. А то я боялся, что вы снова в стотысячный раз будете объяснять, почему хотите забыть слово Корсаков и какое-то женское имя.

— Зачем же вы так, Капитолий Иванович? – Шмуэль повернулся к собеседнику, — Вы же знаете, что эта тема меня ранит.

Нет, даже в мыслях Шмулик не хотел вспоминать даму с собачкой из этого портового города. Даму, которую в свое время оставил, но исключительно потому, что желал ей другой судьбы. Судьбы более правильной, чем та, что могла бы быть, останься он с ней.

— У нас здесь сегодня не будет бизнеса? – поинтересовался Мышь.

— Нет, — ответил Шмулик, — Наш товар все еще лежит на местных корсаковских полках.

— Черт! Надо было сделать «три по цене одного» и уже забыть про эту дыру! — нервничал Капитолий Иванович. Однако, нервничал он более от голода, чем от переживания за продажи их товара. Тут необходимо заметить что Мышь и Бляхман подрабатывали продажей эликсира счастья в алюминиевой таре. В хороший сезон им даже удавалось откладывать на черный день. Но когда такой сезон заканчивался, эликсир счастья становился совершенно невостребованным товаром. И тогда они пытались заработать фотографией сахалинских пейзажей.

— Эта «дыра», как вы ее назвали, подарила мне массу воспоминаний, дружище, — поправил Капитолия Шмулик, — Да и сегодня нет-нет, да и порадует нас с вами выручкой. Я бы не был так категоричен в определениях. Задолго до нас с вами люди назвали этот населенный пункт городом.

— Люди много чего называют так, как им хочется. А правильнее было бы называть вещи тем, чем они являются на самом деле, — буркнул Капитолий, — К географии у меня вообще много претензий. Было бы гораздо честнее называть вещи своими именами, а не придумывать новые. «Дыра имени генерал-губернатора Корсакова» — вот это я понимаю, это название. Или «Дыра Южно-Сахалинская» это тоже весьма удобно произносить. И заметьте, такое наименование гораздо более соответствует действительности.

— О, к вам вернулось чувство юмора! – заметил с улыбкой Шмуэль, — Ну а как же по вашей логике должно называть не уездные, а большие города?

— И тут тоже не надо лукавить,-  продолжал Капитолий, — Ведь если обратиться к сути вещей, то чем больше населенный пункт, тем больше и дыра. «Большая Южно-Сахалинская Дыра» — такое название будет под стать населенному пункту… Так что у нас с креветками?

— Берем, непременно берем! — живо отозвался Шмуэль.

На Пяти углах Шмуэль притормозил, быстро выскочил из машины в павильон и уже через минуту вернулся с большим пакетом красных отваренных креветок. И коммерсанты отправились в Пригородное.

Мышь любил Пригородное и хотел оказаться там как можно скорее. Чтобы прислониться к забору или причалу завода СПГ. В его понимании, таким образом он становился частью огромного процесса международной торговли. Заполненные газом мощные танкеры, скрываясь за морским горизонтом, в воображении Капитолия Ивановича взмывали ввысь и отправлялись неведомыми инопланетными путями по таким галактикам, о которых лишь земные писатели-фантасты могли иметь смутное представление. Да и, по правде сказать, ему было совершенно понятно, что никто из его соотечественников и не смог бы прикрепить такое сложное устройство, как СПГ к телу его березово-еловой родины. Слишком уж завод был сложным. Слишком уж не из этого мира. Само место, завод, танкеры — все это было огорожено в несколько рядов колючей проволокой и от этой крайней степени недоступности у Капитолия захватывало дух.

«Поди-ка попробуй та, вчерашняя медуза из рыбного павильона, — скажи капитану танкера про рыбу,» — подумал вдруг Мышь, — «Он бы ка-ак дал гудок, чтобы даже дух вышибло из этой скандальной тетки, а не только желание скандалить. А может, он и не заметил бы ее вовсе. К чему, скажите, капитану танкера, понадобиться спорить с торговкой в рыбном павильоне? Это мы, горожане, должны понимать что рыба не сама по себе родится. Что ее надо поить, кормить, пропалывать, накрывать пленкой… Что вонючий чеснок в бочке надо замачивать, чтобы мальков червяк не поел… И так следить за ней несколько лет, пока она не будет стоять на базаре как укроп. А кто не согласен — пожалте в рыбный павильон, вам там быстро сапожок к талии позади приставят…» Эта паразитическая дискуссия внезапно нарушила внутренний покой Мыши. Он решил поскорее прекратить эти душевные переживания, и переключился на Бляхмана.

— Вот скажите мне, Бляхман, только честно. Ведь вы уже не мальчик, зачем же вы красите свои волосы? Все еще надеетесь встретить счастье?

Ветер трепал побледневшие от морской соли пустые полиэтиленовые пакеты, цепляющиеся рваными краями за кусты по всей части берега, которая не была оцеплена колючей проволокой. Очередной танкер, заполненный газом, отходил от причала Пригородного. На корме в мужественной позе стоял десятилетний мальчик в синей куртке. Он отдавал героические приказы команде корабля брать курс на другую галактику.

А Капитолий и Шмуэль смотрели на бордовое солнце, тонущее в воде Охотского моря. Каждый думал о своем.

Комментарии

  1. Тимбацо Кошацио Ответить

    Никогда не читал такого трогательного рассказа о любви к Сахалину. Кто у вас автор где его еще почитать? Я так понимаю это серия рассказов?

  2. Губа надутая Ответить

    Надо было про корсаков посмачнее написать про котельные на угле, когда рядом газ. Про ситуацию в городе вообще. Но я так поняла что это юмор и тут не будет такого

  3. Сахариныч Ответить

    Ваще кайф, надо было написать что там раньше был пляж и все туда ездили купаться с Корсакова. Написать что корсаков отапливается углем когда рядом газ вывозят.

  4. Рыбак на Жыпе Ответить

    А чо про кладбище не написано, сказка какая то. Понравилось что воспоминания про город детства нахлынули.

  5. Чукотка Ответить

    Чо за сайт ваще, кто тут пишет. Кому нужны эти бляхманы. Где ночная жизнь?

    1. Афтандил Ответить

      Откуда тут нецелевая аудитория? ты с сахкома чтоли?

      1. Чукотка Ответить

        А чо сахком не сайт чтоли?

        1. Афтандил Ответить

          Вопросов больше не имеем :)

  6. Светка - конфетка Ответить

    Как то пасмурно написано. Пишите веселее :) Молодцы

    1. Сергей М Ответить

      Каждый день с корсакова на работу в южный мотаюсь, никогда не думал что у кого то она может вызывать столько воспоминаний

      1. Вячеслав Ответить

        ммм. А если еще вспомнить старую дорогу…

        1. Синяк Ответить

          Прошу прощения, а что было на старой? Просветите? Старая дорога которая на аниву или старая которядо асфальта? Я знаю что до асфальта три дня командировку до корсакова давали

  7. Суровый Ответить

    Надо было написать что норок выращивали в соловьевке и на международных аукционах продавали шкурки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно добавить картинку JPG

Поддержи проект Region65.com

Фотографии Сахалина из Инстаграма — фотографии с хэштэгом #Region65com из любых аккаунтов Инстаграмм